Le Bulletin
de l'Alliance Française

n.4, mars 2000
Sommaire
Бюллетень
Альянс Франсез

n.4, март 2000
Оглавление
 Главная страница  Курсы французского языка  Уровни и международные стандарты  Бюллетень  Контакты

          Три века французского языка в Петербурге. Странички Истории
          Из досье Альянс Франсез

СМОЛЬНЫЙ ИНСТИТУТ:

французская школа в русской столице

Продолжение. Начало в предыдущих номерах
В.С.Ржеуцкий , преподаватель Альянс Франсез
Первое "Воспитательное общество благородных девиц", известное как Смольный институт, имеет, возможно, больше оснований на место в истории преподавания французского языка в России, чем любое другое учреждение. По нескольким причинам. Не только потому, что французский был одним из столпов обучения в Институте. Но и потому, что почти весь персонал этого заведения был на первых порах франкоязычным. А еще, поскольку самим своим рождением Институт обязан идее, пришедшей из Франции.
Институт организовывался по образцу своего французского предшественника, заведения для благородных девушек, основанного в Сен-Сире фавориткой Людовика XIV г-жой де Ментенон. Той самой Ментенон, на которую, по словам мемуариста, как на редкое животное Петр I ездил смотреть во время визита в Париж в 1717 году. Г-жа де Ментенон вдохновлялась идеями Фенелона, выраженными прежде всего в его книге "L'éducation des filles". А Фенелон был широко известен и в России, его "Воспитание девушек" появилось по крайней мере в трех изданиях к началу царствования Екатерины II. Регламент учреждения сравнивали и с воспитательной системой аббата Сен-Пьера, изложенной в его "Projet pour perfectionner l'éducation des jeunes filles". Позже, в плане устройства Институтов благородных девиц, датированном 1777 годом и принадлежащем перу И. Бецкого, курировавшего Смольный институт, мы найдем явные параллели с проектом Дени Дидро 1776 года "Plan d'une université pour le gouvernement de Russie". Многие современники, особенно французы, были убеждены, что учреждение копирует Сен-Сир. Например, дипломат шевалье де Корберон писал:
 
  "Les programmes d'enseignement à Smolny sont aussi ceux de Saint-Cyr, modifiés par cette idée, venue de France, elle aussi, mais d'une France plus moderne, qu'il ne faut ni contraindre les esprits, ni alourdir l'enseignement; qu'il faut suggérer le goût de la lecture et des belles-lettres et, d'autre part, insister sur les sciences plus que jadis".
 

Институт должен был воплотить прежде всего идею о "новом человеке", результате целенаправленного воспитания, " произвесть новое порождение, от которого прямые правила воспитания непрерывным порядком в потомство переходить могли". Поэтому, как и в Сен-Сире, в Смольном контакты учениц с внешним миром были очень ограничены, ведь Институт призван был стать своего рода оранжереей для взращения дотоле невиданных цветов.

Екатерина не только восприняла от французов идею, но и при помощи французов хотела ее воплотить. В ее записках есть отрывок, раскрывающий ее "тайный" замысел:

"Etablissement de Saint-Cyr. Le moyen de l'imiter avec utilité et d'obtenir l'institution et les journaux de cette maison de la cour de France même, car les dames de Saint-Louis sont obligées de les tenir secrets. Et pour empêcher les ignorants de crier sur une religieuse et Française et son héresie [это уже речь о России - авт.], il faudrait sous ombre d'éducation particulière lui donner au commencement une ou deux orphelines à former, lesquelles ensuite serviraient à l'éducation de la maison et ainsi d'années en années on se passerait du secours des Français, quand on serait parvenu а former des sujets suffisants de la nation pour l'instruction de la maison; cela est d'autant plus aisé que dans cette maison l'on a pour principe de faire instruire les plus jeunes pensionnaires - l'une par l'autre, selon qu'elles savent l'une plus que l'autre".

Итак, надлежало пригласить французскую монахиню, которая воспитала бы нескольких девушек, а те, в свою очередь, набравшись опыта, стали бы воспитывать следующее поколение девушек, и, мало-помалу, от услуг французов можно было бы отказаться.

Идея не нова. Еще Петр Великий был обуреваем мыслью об импорте знаний и умений, которые, конечно, в чистом виде не существуют, так что завозить в Россию приходилось людей "en chair et en os". И Екатерина Великая, как продолжательница его дела, несомненно унаследовала эту идею от царя-реформатора. Так Петром было установлено правило, согласно которому сначала надо удостовериться, что иностранные " художники, всяких художеств мастеровые люди" " знают своего дела, и буде не знают, тотчас отпустить без жадного озлобления ". Ну " а буде который сам похочет, такого прежде отпуску […] допросить: волею ль ли он отъезжает и нет ли, или не было ль ему какой тесноты и доволен ли он отъезжает? И буде скажет доволен, и оного отпустить. Буде же скажет, что какую противность или недовольство, или хотя не скажет, но вид даст недовольства, о том коллегии накрепко розыскать, и жестоко наказать, и тщиться его где употребить, а не отпускать. Буде же весьма не захочет жить, то отпустить с совершенным удовольством, дабы приехав жалобы не имел, что их худо трактуют ".

Указ об основании Воспитательного общества благородных девиц был подписан императрицей 5 мая 1764 г. Во главе учреждения была назначена кнг. Евгения Долгорукая, но ненадолго, до 1768 года. С этого времени те же обязаннос ти стала исполнять некая Софи Лафон (Sophie Lafond, по другим сведениям Lafont), и оставалась она на этом посту тридцать лет. Отец Софи был, по слухам, виноторговец, гугенот, бежавший из Франции и будто бы содержавший постоялый двор в Петербурге. Фамилия Лафон досталась Софи от ее горемычного мужа, военного на русской службе, дослужившегося до бригадирского чина, автора проекта о призывании " изгоняемых за веру из Франции ремесленных людей". Он растратил все ее приданое и умер, кажется, в помутнении рассудка. Софи Лафон к тому времени оказалась снова во Франции, с двумя дочерьми на руках. Там она познакомилась с Иваном Бецким, который вскоре, с восхождением Екатерины II на русский престол, станет в России кем-то вроде министра народного просвещения.

Лафон полностью отвечала требованиям императрицы: должна быть немолода, некатолич ка, неважно какого сословия, но лучше из дворян. И главное, - француженка. Лафон была не первой молодости, ко времени назначения на этот пост ей было уже за пятьдесят. Некатоличка. Невысокого происхождения, но и не "подлого".

Она, видимо, настолько успешно справлялась со своими обязанностями, что вскоре ей поручили руководить воспитанием кадетов двух младших классов в Сухопутном шляхетном кадетском корпусе. О ней вспоминали как о человеке знающем, добром и даже нежном. Кн. И. Долгоруков, женатый подряд на двух смолянках, в "Капище моего сердца" пишет, что всегда имя Лафон произносили с почтением. Софи Лафон за свои заслуги была произведена в придворные дамы и награждена орденом Св. Екатерины 2-го класса. Умерла она 11 августа 1797 года и была похоронена на Волковском кладбище Санкт-Петербурга. До революции 1917 года одна из улиц близ Смольного носила ее имя.

Продолжение следует / A suivre          
[ Saint-Pétersbourg francophone ]
[ Ecole de l'Alliance Française ]
[ Administrateur du site ]
Главный редактор: Алексей Сато.
Редакция: Г.М.Драган, С.З.Ластовка, В.С.Ржеуцкий.
Дизайн и верстка: Д.Иванова, Д.Лисаченко.
 
Rambler's Top100